InterParliamentary Assembly of Orthodoxy

За последние десять лет Европейский союз подвергся процессу значительного расширения. Одновременно с этим процесс углубления продолжался в такой степени, что Союз готовится представить свою новую Конституцию.

Имея в виду эту последовательность событий, имеющую исключительное значение, я ощутил необходимость того, чтобы группа просвещенных мыслителей, свободных от каких бы то ни было ограничений, поразмышляла о роли, которую наиболее глубоко укоренившиеся ценности нашего общего исторического наследия могут сыграть как связующий фактор взаимопонимания и солидарности.

Представленный ниже доклад является плодом работы настоящей группы.

В нем предлагается диагноз, свободный от условностей и поверхностного разглагольствования об опасностях.

В докладе поднимается значительное число вопросов, в частности, в отношении власти, помимо деклараций принципов, уз, присутствия латентной силы, которую я склонен называть вдохновением, внушаемым фундаментальными ценностями, составляющими ядро европейской инициативы и ее повседневной практики.

Это здоровые вопросы и было бы серьезной ошибкой их проигнорировать.

Принятие этой стартовой позиции исходя из интеллектуальной скромности является условием, как подчеркивается в докладе, для выявления путей, которые должны быть исследованы, и направлений деятельности, которые заслуживают тщательного изучения и серьезнейшего размышления.

Это не будет и не может являться фактически прерогативой исключительно Брюссельского институционального истеблишмента.

Мы должны обеспечить участие гражданского общества, центров обучения, памяти и исследований, тех мест, где религиозная вера и гуманитарные убеждения находят свое выражение, политических партий, ассоциаций и т.д., их взаимодействие в контексте, который близок парламентам и институтам.

Одновременно это является важной задачей и требованием, с тем, чтобы конкретные модели мысли и поведения были адресованы всем активным силам, которые работают над созданием нашей Европы.

Я хотел бы горячо поблагодарить всех тех, кто регулярно участвовал в оживленных дискуссиях и внес ценный личный вклад, что способствовало составлению настоящего доклада.

Я бы хотел, чтобы этот доклад явился отправным пунктом, и я буду работать над тем, чтобы обеспечить выполнение этой задачи.

Он должен явиться отправным пунктом крупномасштабной дискуссии на всей территории Европы, с тем, чтобы поставить наши духовные, религиозные и культурные ценности в центр европейской инициативы, которая знаменуется все большими достижениями и является все более многообещающей.

Романо Проди

Работа группы по проблемам духовного и культурного измерения Европы

Введение

Весной 2002 года председатель Европейской комиссии Романо Проди обратился с просьбой к институту гуманитарных наук в Вене создать группу европейцев, которые должны были задуматься над теми ценностями, которые имеют непосредственное отношение к продолжающемуся процессу европейского объединения, и проконсультировать его в этой области. Эти люди должны были быть независимыми частными лицами, а не представителями политических партий, церквей или других организаций, лицами, занимающимися интеллектуальной деятельностью, обладающими политическим опытом и авторитетом, большим, чем авторитет политических партий в их странах.

В течение последующих нескольких недель группа была создана и вскоре начала свою работу. Ее членами являются: Курт Биденкопф, Сильвио Феррари, Бронислав Геремек, Арпад Гонч, Джон Грей, Уил Хаттон, Джутта Лимбах, Кржистоф Михальски, Иоаннис Петру, Альберто Квадрио Курцио, Мишель Рокар и Симон Вейль.

Мы решили направить наше внимание на несколько специфических областей, которые могут явиться ключевыми для процесса европейской интеграции.

-Одним из них, несомненно, является расширение Союза, в результате которого в него войдут страны бывшей Советской империи. Каким образом этот процесс изменит условия европейской солидарности ?

-Вопрос о европейских религиях может, по нашему мнению, представлять особый интерес в этом контексте. Этот вопрос должен был стать вторым по значимости вопросом, которым мы занимались. Особое внимание было уделено роли ислама в европейском секторе общественной жизни.

-Если наша цель заключается в том, чтобы задуматься о Европе как о проекте, то, несомненно, мы не можем игнорировать вопрос о роли, которую Европа играет в мире. Какие задачи могут возникнуть для Европы исходя из ее нового представления о самой себе, могущие нуждаться в дальнейшем разъяснении? Соответствуют ли существующие институты – как на европейском, так и на международном уровне – этому новому представлению Европы о самой себе? Какие варианты существуют, когда речь идет о развитии отношений между новой Европой и Другими, в частности, Соединенными Штатами Америки? Эти взаимосвязанные вопросы вошли в третью группу вопросов.

При поддержке со стороны Европейской комиссии группа неоднократно встречалась с экспертами по каждой группе вопросов. В дополнение к этому, чтобы с самого начала привлечь к нашим дискуссиям как можно более широкие слои общественности, а не представлять им fait accompli , группа провела целый ряд публичных дебатов в нескольких европейских столицах: первый из них(организованный в сотрудничестве с варшавским Фондом Стефана Батория) прошел в Варшаве, в резиденции польского президента, второй(организованный в сотрудничестве с Ассоциацией австрийских промышленников) прошел во дворце принца Шварценбергского в Вене, в то время как третий и четвертый прошли в Париже(в сотрудничестве с La Republique des idees , причем они были проведены министром иностранных дел Франции Домиником де Виллепином) и в Берлине(их проводил его немецкий коллега Йошка Фишер).

Интеллектуальные результаты заседаний группы и публичных дебатов были представлены в немецком журнали Transit - Europaeische Revue , номер 26 и 27( Verlag Neue Kritik , Frankfurt a . M , 2003/2004). Соответствующие статьи готовы также к публикации на английском языке.

Еще одно средство привлечь к нашим идеям внимание со стороны более широкой европейской общественности – это газетные колонки, которые были написаны членами нашей группы по обсуждаемым вопросам. Они публикуются в сотрудничестве с Project Syndicate , некоммерческой международной группой, в которую в настоящий момент входит 223 ежедневных газет, выходящих в Европе и далеко за ее пределами. 12 таких колонок до настоящего момента было опубликовано в 49 газетах в 32 странах мира.

Мы надеемся, что результаты работы группы размышлений дадут новый импульс дебатам о новом объединении Европы.

Кржистоф Михальски

Об интеллектуальном, духовном и культурном измерении Европы

Замечания-выводы

1.Перед Европейским союзом в настоящий момент, вероятно, стоит самый значительный вызов за всю его историю. Союз расширяется – драматическим образом – так что еще 70 миллионов человек в этом году будут иметь право на получение европейских паспортов. Одновременно с этим расширением Союз предпринимает попытку трансформироваться в новый тип политического объединения, так как он пытается дать себе радикально новое определение на путях процесса выработки проекта конституции и ее принятия.

Расширение Союза, которое приведет в него десять новых стран-членов, также приведет в Союз людей, которые значительно беднее и в культурном отношении в значительной степени отличаются от большинства граждан в более старых странах-членах. На образ мышления и ценности огромного большинства этих новых граждан ЕС, многие из которых вынесли десятилетия подчинения коммунистическим режимам, неизгладимый отпечаток наложил опыт, который неизвестен людям, уже давно являющимся гражданами ЕС. В результате экономические и культурные различия в рамках Союза в один миг стали гораздо сильнее и интенсивнее. Процесс принятия конституции, в ходе которого предпринимается попытка дать более амбициозное определение Союзу, в еще большей степени способствует их усилению.

Перед лицом возрастающего разнообразия и трудностями, связанными с созданием более требовательного вида объединения, какие силы могут удержать от распада расширившийся Европейский союз, которому было дано новое определение? Какие моральные концепции, какие традиции, какие задачи могут объединить различных обитателей Союза в рамках демократической структуры и таким образом поддержать и закрепить Европейскую конституцию?

Чтобы изучить эти вопросы, Романо Проди, председатель Европейской комиссии, выбрал ученых и политиков из целого ряда стран-членов Союза, с тем, чтобы они задумались об интеллектуальном и культурном измерении ЕС в процессе расширения – в частности, чтобы они поразмышляли об актуальности этого измерения, в том, что касается сплоченности расширенного Союза, которому было дано новое определение.

2. До настоящего момента Союз добился громадных успехов в своей деятельности. Он установил прочные связи, которые сделали по сути дела невозможной гражданскую войну в Европе. Союз создал зону мира, который опирается на свободу, верховенство закона и социальную справедливость . Среди своих стран-членов Союз способствовал скорейшему решению задачи преодоления экономических последствий 2-й мировой войны, продвигая реконструкцию и, позднее, способствуя достижению беспрецедентного изобилия в Европе.

Экономическая интеграция и постепенное упразднение национальных экономик проложили путь к установлению этого мирного порядка. После 1-й мировой войны французская армия оккупировала Рур, с тем, чтобы предотвратить возрождение немецкой тяжелой промышленности. После 2-й мировой войны французы и немцы решели интегрировать свою угольную и сталелитейную промышленность. Поступив таким образом, они заложили краеугольный камень в здание прочного мира в Европе.

3.Сильная политическая воля шести стран-основательниц была необходима как для того, чтобы сделать это развитие возможным, так и для того, чтобы поддерживать его. Эта воля была возможной благодаря нескольким факторам, которые способствовали интеграции: глубокий и широко распространенный шок от 2-й мировой войны , нарастающая угроза, которую представлял собой Советский Союз , и динамика экономического развития , которая возникла благодаря созданию предшественника Союза, Европейского Экономического Сообщества(ЕЭС), укреплению которой в дальнейшем способствовала интеграция национальных экономик.

4. По мере того как ослабевали воспоминания о 2-й мировой войне и уменьшался риск конфликта между Североатлантическим альянсом и Советским Союзом, превращение ЕЭС в Европейское сообщество и, в конечном итоге, в Европейский союз, приблизили выполнение экономических задач Союза. Экономический рост, повышение качества жизни, расширение и укрепление систем социальной защиты и завершение формирования общего рынка превратились в приоритетные задачи.

Однако из-за возрастающего числа стран-членов экономические и социальные различия расширялись, так же, как и ожидания граждан ЕС. Со временем становилось все более очевидным, что экономическая интеграция – неважно, насколько значительной может быть она сама и ее политические последствия – неспособна заменить политические силы, которые в самом начале стимулировали интеграцию и сплочение.

По этой причине цели, сформулированные несколько лет назад лиссабонским советом – сделать Европу к 2010 году наиболее конкурентоспособным в экономическом отношении регионом мира, добиться доли трудового участия на уровне 70% и обеспечить постоянный рост, изобилие и социальную справедливость – благополучно исчезли из общественного сознания. Развитие событий опередило эти задачи, кроме того, они не способствуют сближению европейцев. Они не обеспечивают и не могут обеспечить внутреннюю сплоченность, которая необходима для Европейского союза, экономические силы также в действительности не могут обеспечить сплоченность того или иного политического образования. Чтобы функционировать как жизнеспособное и устойчивое политическое объединение, Европейский союз нуждается в более прочном фундаменте.

Не является совпадением, что экономической интеграции недостаточно для того, чтобы управлять европейскими политическими реформами. Экономическая интеграция просто-напросто сама по себе не ведет к политической интеграции, так как рынки не способны порождать политически сильную солидарность . Солидарность – истинный смысл гражданского сообщества – является жизненно-необходимой, поскольку конкуренция, которая доминирует на рынке, порождает мощные центробежные силы. Рынки могут создавать экономическую основу политического объединения и, таким образом, являются незаменимым условием его политического формирования. Однако сами по себе они не способны порождать политическую интеграцию и обеспечивать конституционную инфраструктуру Союзу. Первоначальное ожидание, что политическое единство ЕС будет являться последствием создания европейского общего рынка, оказалось иллюзорным.

В действительности настоящая дискуссия относительно реформирования Пакта о развитии и стабильности Союза еще раз показывает, что экономическая интеграция, которую символизирует введение евро, может по-прежнему являться основой мирного порядка Европы только в том случае, если за ней последует более глубокая политическая интеграция в рамках Союза. Валютный союз означает общую экономическую политику. Но когда силы сплочения, которые опираются на совместные экономические успехи, ослабевают или их заслоняет внутренная конкуренция, общая экономическая политика диктует необходимость политической интеграции, то есть такого уровня внутренней сплоченности, которая продолжает оставаться эффективной даже если экономические интересы являются различными.

Таким образом, политический союз Европы диктует необходимость политической сплоченности , сообщества, имеющего под собой политическую основу, которое связывают узы солидарности. Как будущее Союза, так и измерения его политической интеграции будут определены в зависимости от того, существуют ли эти политические силы сплоченности и оказываются ли они адекватными во времена кризисов.

5. Признавая это, страны Европейского союза намеренно вступили на путь политической интеграции. Процесс создания Конституции Союза является выражением этого решения. Но какой объем политической интеграции необходим и насколько политически сильным должен стать Союз? Для чего Союз нуждается в далеко идущей свободе политических действий ?

5.1.Первое, поскольку экономический порядок никогда не развивается в обстановке, свободной от ценностей, он нуждается в законодательной основе и защите, в развитии необходимых институтов и создании и укреплении государством стандартов и обязанностей, созданных и согласованных людьми. Эффективный и справедливый экономический порядок должен также быть воплощен в нравах, обычаях и ожиданиях людей, а также их общественных институтах. Таким образом, то, насколько европейский экономический регион в широком смысле этого слова – общий рынок – находится в гармонии с ценностями европейских граждан, какими разнообразными бы они ни были, уже не является чисто академической проблемой, это является фундаментальной и политической проблемой. Постоянная потребность добиваться того, чтобы формы политического выражения в Европе отражали ценности европейских граждан, настолько же важна, насколько важно функционирование общего рынка как такового.

5.2.Второе, эта задача, полный объем которой стал очевидным с завершением создания общего рынка, диктует необходимость существования политических институтов, которые выполняли бы законодательные, административные и юридические функции. Только путем развития таких институтов(например, структура экономического управления, которая могла бы управлять валютным союзом) и обеспечения их политической легитимности можно создать устойчивое и жизненно-важное политическое образование. Ожидается, что процесс создания конституции Союзом и последующее принятие европейского конституционного договора обеспечит постоянную легитимность институциональных рамок политически сформировавшейся Европы. Конституционный договор подписывается с тем, чтобы дать определение политическому единству Союза.

5.3.Третье, Союз также нуждается в свободе политических действий, поскольку перед ним стоит огромное количество новых задач:

-преодолеть последствия старения населения Европы,

-управлять как с политической, так и с юридической точки зрения, желанием людей со всего земного шара иммигрировать в Союз,

-управлять растущим неравенством, которое является прямым результатом возросшей иммиграции, а также расширения Союза,

-сохранять мир в глобализированном мире.

6.Итак, где найти силы сплочения для нового политического Союза, если общих интересов, возникших в результате экономической интеграции, уже недостаточно? Мы считаем, что более старые силы, которые придавали импульс процессу европейского объединения, уже недостаточно мощны, чтобы обеспечить подлинную политическую сплоченность, и таким образом, следует заняться поисками и изыскать новые источники энергии в общей европейской культуре .

Конечно, это не означает, что силы, которые способствовали ей до настоящего момента, не будут играть никакой роли в будущем. Но что изменилось сегодня – это относительная значимость существующих сил сплочения и их вклада в достижение будущего единства Европы. По мере того, как старые силы интеграции – стремление к миру, внешние угрозы и экономический рост – утрачивают свою эффективность, значение роли европейской общей культуры как источника единства и сплоченности – духовного фактора европейской интеграции – будет неизбежно возрастать.

В то же время значение европейской культуры следует лучше осознать и сделать политически эффективным. Простого перечисления общих европейских ценностей недостаточно для того, чтобы служить в качестве основы европейского единства, даже если хартия основных прав, включенная в конституционный договор Союза, указывает, что мы должны действовать в этом направлении. Это происходит таким образом в том числе и потому, что любая попытка кодификации «европейских ценностей» неизбежно сталкивается с различным национальным, региональным, этническим, сектантским и социальным пониманием. Эти разнообразные интерпретации нельзя упразднить с помощью конституционного договора, даже если их поддерживает законодательство и интерпретация законов.

Все же, несмотря на эти трудности определения, не может быть никаких сомнений в том, что существует общее европейское культурное пространство: большое количество традиций, идеалов и надежд, которые часто переплетаются и одновременно находятся в напряженных отношениях друг с другом. Эти традиции, идеалы и ожидания объединяют нас в общем контексте и делают нас «европейцами» - гражданами и народами, способными на политическое единство и конституцию, которую мы все признаем и воспринимаем как «европейскую».

Общее европейское культурное пространство невозможно четко определить и разграничить, его границы в обязательном порядке являются открытыми не в силу нашего незнания, а в принципе – поскольку европейская культура, а в действительности и сама Европа, не являются «фактом». Это задача и процесс .

Что есть европейская культура? Что есть Европа? Это вопросы, которые следует постоянно ставить заново. Пока Европа существует в настоящем, а не просто в прошлом, на них никогда нельзя будет дать последовательный ответ. Идентичность Европы – это нечто, о чем следует вести переговоры между ее народами и институтами. Европейцы могут и должны адаптироваться сами и адаптировать свои институты, так, чтобы европейские ценности, традиции и концепции жизни могли существовать и являться эффективными. Одновременно Союз и его граждане должны сделать так, чтобы их ценности выжили в качестве основы общей идентичности в постоянно меняющихся условиях.

Таким образом, Европа и ее культурная идентичность зависят от постоянной конфронтации с новым, отличным, чуждым. Таким образом, на вопрос о европейской идентичности ответ будет дан частично с помощью ее законов об иммиграции, а частично – с помощью условий о вступлении новых членов, о которых будут вестись переговоры. Ни те, ни другие – ни законы об иммиграции, ни условия вступления – не могут быть определены а приори на основе фиксированных, статичных определений, таких, например, как список «европейских ценностей».

7. Если Европа не является фактом, а задачей, то не может также существовать фиксированных, раз и навсегда определенных европейских границ, будь то внутренние или внешние границы. Вопрос о границах Европы также постоянно должен обсуждаться заново. Следовательно, европейское культурное пространство определяют не географические или национальные границы – скорее первое определяет европейское географическое пространство, которое в принципе является открытым.

Это также означает, что общее европейское культурное пространство не может быть определено в противоположность национальным культурам . Польские фермеры и британские рабочие не должны считать «европейскую культуру» чем-то чуждым или даже угрожающим. По той же причине европейская культура не может быть определена в противоположность той или иной конкретной религии (такой, как ислам). То, что представляет собой содержание «европейской культуры» - это не философский вопрос, ответ на который можно дать а приори, это также не чисто исторический вопрос. Это вопрос, который призывает к принятию политических решений, пытающихся продемонстрировать значимость традиции перед лицом будущих задач, которые должен решить Европейский союз.

8. Европейская культура, то открытое пространство, которому следует постоянно давать новые определения, сама по себе не обеспечивает европейского единства. Это единство также диктует необходимость политического измерения и принятия ею решений. Однако общая европейская культура дает политике возможность превратить Европу в единое политическое формирование.

Однако единство Европы не является только политической задачей . Политика может создавать только основные условия европейского объединения. Европа сама по себе является чем-то гораздо более значительным, чем политическая конструкция. Это комплекс – «культура» институтов, идей и ожиданий, обычаев и чувств, настроений, воспоминаний и перспектив, которые образуют «клей», связывающий европейцев – и все это является фундаментом, на который должна опираться политическая конструкция. Этот комплекс – мы можем говорить о нем как о европейском гражданском обществе – является сердцевиной политической идентичности. Он определяет условия успешного осуществления европейской политики, а также пределы государственного и политического вмешательства.

С тем, чтобы способствовать сплочению, необходимому для достижения политического единства, европейская политика должна, таким образом, поддерживать появление и развитие гражданского общества в Европе. Именно благодаря этим институтам гржданского общества наша общая европейская культура может стать реальностью. Но это также означает, что политика и государственные институты должны быть готовыми к тому, чтобы признать пределы своих возможностей.

Это самоограничение подразумевает, что политическая культура в Европе должна быть совместима с чувством сообщества, которое уходит своими корнями в общую европейскую культуру. Чтобы предъявлять права на общую европейскую культуру и историю как основу политической идентичности, европейские политические институты должны отвечать ожиданиям, порождаемым европейской культурной традицией. В частности, отправление политической власти должно опираться на убедительное и прозрачное политическое руководство, а не являться бюрократическим действием сомнительной легитимности. Децентрализация публичной дискуссии и процессы принятия решений имеют особое значение. В самом деле, только децентрализация может воздать справедливость культурному разнообразию и богатству форм общественной организации, которые образуют европейское гражданское общество.

9.Если страны Европы собираются вместе образовать устойчивое политическое формирование, то народ Европы должен быть готов к европейской солидарности . Эта солидарность должна быть сильнее, чем всеобщая солидарность, которая объединяет(или должна объединять) всех людей вместе и лежит в основе идеи гуманитарной помощи.

Европейская солидарность – готовность открыть портмоне и посвятить свою жизнь другим поскольку они также являются европейцами – не является чем-то, что может быть навязано свыше. Она должна быть чем-то большим, чем институциональная солидарность . Европейцы как индивидуумы должны ощущать ее. Когда индивидуальной солидарности не существует, то солидарности, которая опирается на институты, недостаточно для того, чтобы создать политическое объединение.

Интеллектуальные, экономические и политические тенденции последних десятилетий – не в последнюю очередь наступление индивидуализма – привели к эрозии многих форм социальной солидарности. Кризис государства всеобщего благосостояния можно понимать как последствие такого развития событий. Эта эрозия может быть также ощутима в контексте недавнего европейского расширения, она отражается в ослабевшем желании – по сравнению с более ранними расширениями – среди более старых стран-членов – протянуть руку экономической и политической помощи новым членам.

Укрепление общеевропейской солидарности является одной из наиболее важных долгосрочных задач европейской политики. Пытаясь выполнить эту задачу, мы не должны прилагать усилий, исходя из иллюзии, что потребность в солидарности может быть удовлетворена исключительно с помощью институциональных мер. Скорее все институциональные меры должны поддерживаться готовностью населения продемонстрировать свой собственный дух солидарности. Таким образом, важно придать солидарности скорее активное и рассчитанное на перспективу, чем пассивное и ретроспективное измерение: мы должны определить ее скорее исходя из новых общих задач, которые должна решить Европа, чем исходя из достижений прошлого, разделяя наше богатство с имеющимися членами Союза.

10. Особый вызов для европейской солидарности возникает в результате расширения Союза за счет стран, которые ранее являлись частью Советской империи. То, какой ответ мы дадим на этот вызов, будет являться решающим для будущего Европы.

Каким образом это расширение изменит условия европейской солидарности? Какую лепту вносят новые члены? Явятся ли они, как многие боятся, главным образом, разрушителями, и замедлят ли они, имеющие болезненный опыт жизни в условиях тоталитаризма и лишенные мощной традиции Просвещения – или даже приведут к остановке процесс демократизации Союза? Сорвут ли они из-за своей предопределенной историческими и стратегическими причинами близости к США надежды Европы на общую внешнюю политику? Или же новые члены не только подвергнут Союз новым опасностям, но и откроют перед ним новые возможности?

1989 год открыл новую эпоху для Европы. Он не только сделал возможным расширение Европы за счет бывшего коммунистического востока. Он также обогатил Европу. Именно по этой причине новые члены, несмотря на свою экономическую слабость, должны быть приняты в Союз как равноправные партнеры. Они также должны вместе со старыми членами придать новому союзу другую форму. Но мы также должны пытаться создать другие звенья, придать европейский облик их традициям и опыту.

То, что в 1989 году Европейскому союзу была предоставлена историческая возможность возродиться заново, в значительной степени является заслугой революционных выступлений народа в Восточной Европе, находившейся под властью коммунистических режимов. Восточноевропейские революции явились доказательством силы солидарности гражданского общества. Они являются лучшим доказательством того, что истинный политический реализм должен принимать во внимание существование этих уз, а не только интересы, присущие политическим институтам.

11.В поисках сил, способных добиться сплочения и идентичности в Европейском союзе, особую важность имеет вопрос о публичной роли европейских религий.

В течение последних нескольких веков европейские демократические общества, учась на своем трагическом опыте, попытались убрать религию из политической сферы. Религию с достаточными основаниями считали разделяющей, а не примиряющей. Это может быть до сих пор актуальным. Но европейские религии также обладают потенциалом, чтобы объединить людей в Европе вместо того, чтобы разделять их.

Мы верим в то, что присутствие религий в сфере общественной жизни не может быть ограничено публичной ролью церквей или актуальностью ярко выраженных религиозных взглядов для общества. Религии в течение длительного времени являлись неотъемлемым компонентом различных европейских культур. Они активны «под вывеской» политических и государственных институтов, они также оказывают влияние на общество и отдельных лиц. Результатом является новое богатство форм религии, имеющих значение для культуры.

Даже в Европе, где модернизация и секуляризация, судя по всему, идут рука об руку, общественная жизнь без религии немыслима. Сила европейской религиозной веры, которая сплачивает сообщество, должна быть поддержана и расширена во имя сплоченности новой Европы. Однако не следует недооценивать те опасности, с которыми это сопряжено. Они включают в себя возможное вторжение религиозных институтов в сферу общественной жизни, а также угрозу того, что религия может быть использована для того, чтобы оправдать этнические конфликты. Следует помнить, что многие явно религиозные конфликты имели политические или социальные причины и что они могут быть решены с помощью социальных мер, прежде, чем они превратятся в религиозно-заряженные.

Вопросы, связанные с ролью религии в общественной жизни Европы, недавно вновь вышли на поверхность из-за балканских войн, мусульманской иммиграции в Европу и(до настоящего момента в менее драматической степени) перспективы вступления Турции в ЕС. В связи с этим на первый план выдвигается вопрос о политической актуальности ислама .

Несомненно, трудно отрицать, что возрастающее присутствие различных форм ислама на европейском общественном пространстве создает как новые возможности, так и новые опасности для европейской интеграции. Потенциально оно может поставить под сомнение превалирующие в настоящий момент идеи о европейском общественном пространстве. Среди европейских мусульман также имеется тенденция отделять религию от специфического культурного и социального контекста их родины, и это потенциально может привести к опасным последствиям. Но единственный возможный путь к решению проблем, которые порождает ислам в Европе, состоит в понимании последствий трансплантации ислама в европейский контекст, а не в конфронтации между абстракциями «христианской Европы» и «ислама» по всей линии фронта.

12. Какое влияние оказывает интеллектуальный и культурный потенциал Европы на роль Европы в мире ? В той степени, в какой Европа признает ценности, присущие правилам, которые образуют европейскую идентичность, те же самые ценности сделают невозможным, чтобы европейцы не признали долг солидарности по отношению к неевропейцам. Эта глобально определенная солидарность налагает на Европу обязательство вносить свой вклад, в зависимости от своих возможностей, в обеспечение мира во всем мире и в борьбу с бедностью. Но, несмотря на это глобальное призвание, не может быть оправдания попыткам навязать, возможно, с помощью институтов общей европейской внешней и оборонной политики, какой-то специфический список ценностей другим народам.

Фундаментальная дилемма европейской внешней политики – это напряженность, существующая между логикой мира и логикой сплочения. Европа видит себя и как зону мира, и как сообщество ценностей . Эта дилемма не может быть решена а приори. Не имеется сущности Европы , не существует определенного списка европейских ценностей. Не существует «окончательного характера» процесса европейской интеграции.

Европа является проектом будущего. При принятии каждого решения не только ее зона мира, ее институты, политический, экономический и общественный порядок, но также и сама идентичность и самоопределение должны ставиться на обсуждение. В принципе таковой была ситуация на всем протяжении европейской истории. Способность Европы к постоянным изменениям и обновлению была и остается наиболее важным источником ее успеха и неповторимого характера. Этот источник следует постоянно заново признавать таковым и придавать ему институциональную форму – через европейскую политику, через гражданское общество и через силу европейской культуры. В конечном итоге все сводится к этому: мы должны поддерживать и использовать наше европейское наследие и не позволить ему погибнуть.

ЧЛЕНЫ

Курд Биденкопф

Премьер-министр земли Саксония(1990-2002), бывший председатель бундесрата Германии, недавно опубликованы работы: Einheit und Erneuerung , Deutschland nach dem Umbruch in Europa (1994), Offene Grenze - Offener Markt (1990), Zeitsignale . Parteinenlandschaft im Umbruch (1989).

Сильвио Феррари

Профессор, специалист в области отношений между церковью и государством, Universita degli Studi di Milano , член национальной комиссии по биоэтике, консультационного органа при премьер-министре Италии, член совета директоров международной академии за свободу религии и веры, Вашингтон, недавно опубликованы работы: Lo spirito dei diritti religiosi . Ebraismo, cristianestimo e islam a confronto(2002), Ditirri e religione in Europa occidentale( совместно с И.К.Ибаном, 1997).

Бронислав Геремек

Професор европейской цивилизации, колледж Европы, Натолин, бывший профессор колледжа Франции, основатель «Солидарности»(независимые самоуправляемые профсоюзы) и главный консультант ее руководителя, Леха Валесы, бывший министр иностранных дел Польши, лауреат Karl preis Аахена, бывший президент ОБСЕ, его публикации включают в себя: Poverty – History (1994), Passions Communes (1993), La Democrazia in Europa (совместно с Р.Дарендорофом и Ф.Фюре, 1993). Начиная с июня 2004 года – член Европейского парламента.

Арпад Гонч

Писатель и переводчик более ста произведений главным образом английских и американских авторов, президент Венгрии(1990-2000), лауреат премии Витланда и средиземноморской премии, бывший президент Федерации венгерских писателей.

Джон Грей

Профессор европейской мысли, лондонская школа экономики, член научного консультационного совета института гуманитарных наук IWM в Вене, автор Al Qaeda and What It Means To Be Modern (2003), Straw Dogs: Thoughts on Humans and Other Animals (2002), Two Faces of Liberalism (2000), False Dawn: The Delusions of Global Capitalism (1998), Voltaire and Enlightment (1998).

Уилл Хаттон

Главное исполнительное лицо фонда труда, бывший главный редактор и директор национальных газет«Обсервер» «Гардиан», бывший экономический редактор «Гардиан», бывший главный редактор европейского бизнес-канала, автор The World We ' re In (2002) и The State We ' re In (1995).

Джутта Лимбах

Президент Института Гете, бывший председатель конституционного суда Германии, профессор права, недавно опубликованы работы: Das Bundesverfassungsgericht (2001) и Im Namen des Volkes - Macht und Verantwortung der Richter (1999).

Кржистоф Михальски

Профессор философии варшавского и бостонского университетов, ректор института гуманитарных наук IWM в Вене, редактор Transit Europaische Revue .

Иоаннис Петру

Профессор социологии и социальной этики университета имени Аристотеля, Салоники, недавно опубликованы работы: After the Militant , the Volunteer Beyond the Secularization . European Identity , Welfare State , Religions ( совместно с А . Нести ), готовится к публикации : Multiculturality and Religious Freedom: Essays about the Multicultural Society, Religious Freedom and Democracy, Racism, Fundamentalism и других .

Альберто Квадрио Курцио

Профессор экономики и декан факультета политических наук , католический университет, Милан, член Accademia Nazionale dei Lincei , вице-президент институто Ломбардо Академии наук и литературы, президент итальянского общества экономистов(1995-1998), автор около 300 научных публикаций как на итальянском, так и на английском языке.

Мишель Рокар

Член Европейского парламента, председатель комиссии по культуре, молодежи, образованию, СМИ и спорту, член делегации по связям с США, премьер-министр Франции(1988-1991), в число его публикаций входят: Pour une autre Afrique (2002), Entretien (2001), Mutualite et droit communautaire (1999), La nation , L ' Europe , le monde (в сотрудничестве с другими авторами,1997), L ' art de la paix – L ' Edit de Nantes (1997).

Симон Вейль

Член французского конституционного совета, президент фонда памяти Шоа, президент Европейского парламента(1979-1982), бывший председатель комиссии Европарламента по юридическим вопросам, бывший министр по делам здравоохранения и социальным вопросам Франции.

Джулия Амадуччи (организатор)

Европейская комиссия, Генеральная дирекция исследований

Жан-Клод Еекаут

Европейская комиссия, специальный консультант председателя Проди

Сандро Гози (организатор)

Европейская комиссия, помощник председателя Проди по политическим вопросам

Эти замечания не обязательно отражают взгляды Европейской комиссии.

Будущая деятельность